mmekourdukova (mmekourdukova) wrote,
mmekourdukova
mmekourdukova

Categories:

Любимые эмигрантские грабли

По просьбе френдессы, на тему узкую, но для какой-то части населения планеты острую, перескажу одну очень запомнившуюся статью из «Вестника РСХД». («Вестником» наша приходская библиотека завалена до потолка, все номера подряд начиная с 30-х годов, я ими объедалась в первые годы по приезде).
Ни номера, ни автора (учительницы приходской школы) не помню и искать не буду, формат не тот. Просто информация к размышлению, примерно полувековой давности, но сегодня, по известным причинам, вновь актуальная.

 

В начале 60-х годов русскоэмигрантское лобби добилось включения предмета «русский язык» в корпус дисциплин, преподаваемых в государственных школах Франции. Зачем добивались? Во-первых, хотелось бесплатных уроков (в приходских школах труд учителей русского языка оплачивался родителями учащихся). А во-вторых, хотелось дополнительных баллов в аттестат. Во Франции 60-х годов от среднего балла зависело всё будущее дитяти, и родителям казалось, что, выбрав опцию «русский язык» из нескольких равно возможных, дитя автоматически, не парясь особо, получит довесок к среднему баллу. 

 Хотели как лучше, да. Получилось же вот что: государственная программа была составлена не для эмигрантских детей, а для всех тех школьников Франции, кому почему-либо приспичит заняться русским. Преподавателями стали не «носители языка», а педагоги-лингвисты, по большей части французы же. И пошла потеха. Чтобы понять, что произошло, представьте себе, что в России есть английская диаспора и что их дети «начинают учить английский» вместе с нашими, с пятого или даже седьмого класса обычной школы. Вот то же самое, только наоборот, произошло во Франции. Бойко говорящий на русском языке тринадцатилетний Вовочка, эмигрант второго поколения, попадал в класс к преподавателю, едва-едва способному, с ужасным акцентом, складывать и понимать простейшие русские речения – но зато знающему назубок русский алфавит, разбор слова по составу и правила склонения существительных женского рода с окончаниями -а, -я. То есть кучу премудростей, которые тринадцатилетнему бойкоговорящему Вовочке не снились и в страшном сне.  И если Вовочка был лентяй, то он начинал получать двойки, а его сосед по парте коренной француз зубрила Пьер – пятёрки (или что там у них в 60-е годы полагалось). И двойки, и пятёрки были справедливые, потому что знания требовались в объёме программы. Очень может быть, что года через четыре зубрила Пьер начал бы отставать, а Вовочкин природный русский наконец-то оказался бы оценен по достоинству, но через четыре года школьное обучение, со всеми факультативными опциями, уже заканчивалось – и Пьер покидал школу с элементарным знанием чужого языка, а Вовочка – с нижесредним баллом по языку, которым он владел безо всякой школы.
Естественно, родители быстро сообразили, что вляпались. И стали расхлёбывать кашу доступными средствами. Так, а чем тут у нас занимаются приходские школы, за что мы платим преподавателям русского языка свои кровные? За то, что малыши разучивают «Птичка божия не знает» и поют «Светит месяц» под балалайку? А старшие читают вслух Толстого и на масляной дают спектакль по пьесе Островского? Нет, с этим надо кончать. Есть государственные программы, вот пусть приходские школы и помогают детям справиться с высокими требованиями. Пускай домашние задания готовят с детьми, отстающих подтягивают и всё такое. Социальный заказ.
Учительницы приходских школ со слезами пытались урезонить родителей,  но те грозно трясли зонтиками и требовали качества продукта за свои деньги. И за какие-нибудь пару лет преподавание русского в эмигрантской среде окончательно развалилось. Дети, которые к пению под балалайку и чтенью классиков вслух ещё проявляли какой-то интерес, прочно возненавидели скучный, трудный и никому не нужный предмет, которым их грузили в госшколах и дополнительно у себя на приходе. Вот это, именно это поколение и потеряло русский язык обвально и бесповоротно.
Если что, я не думаю, что все здесь родившиеся дети последней эмиграционной волны обречены на потерю русского языка. Я думаю только, что русский язык из них будут знать как следует очень немногие. Примерно такой же процент детей, какой в России как следует овладевает английским или французским.

 

Tags: азиаты мы, дети-наше-будущее, язык мой-враг мой
Subscribe

  • играю во Льва Толстого

    Осень приближается, нашила сапог. Попробовала новую (для меня) подстаринную выкройку. Индийский ксивник разодрала, замечательно…

  • о медведях и русской классике

    В ленте нынче выяснилось, что не все прошедшие тест на знание литературного наследия Н.А. Некрасова знают, что такое ходебщик…

  • по полочкам

    Собрала здесь до кучи последовательность воплощения в жизнь очередного Проекта по амелиорации Дома. К сожалению, нулевой этап не запечатлен - а…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 29 comments

  • играю во Льва Толстого

    Осень приближается, нашила сапог. Попробовала новую (для меня) подстаринную выкройку. Индийский ксивник разодрала, замечательно…

  • о медведях и русской классике

    В ленте нынче выяснилось, что не все прошедшие тест на знание литературного наследия Н.А. Некрасова знают, что такое ходебщик…

  • по полочкам

    Собрала здесь до кучи последовательность воплощения в жизнь очередного Проекта по амелиорации Дома. К сожалению, нулевой этап не запечатлен - а…