June 23rd, 2010

загадочная

до экзамена осталось...



А это сестра Матеуша, тоже четвертый семестр.
Полька, из общины Иерусалимских братьев и сестер. По уставу они должны жить только в больших городах и обязательно работать как все люди, на полставки или треть ставки. Женщины обычно шьют или преподают.
На сегодняшний день одна из двух моих учениц, с которыми я могу иногда поговорить по-русски. Понимает с пятого на десятое, но веселится при этом от души. Нежно любит Жуковского в моем исполнении:
"Ах, не с нами обитает
Гений чистой красоты,
Лишь порой он навещает
Нас с небесной высоты"...
Одна из моих самых-самых перспективных. Даже здесь видно. Это св. Мартын Турский.




  
загадочная

реституция церковного имущества: локальные особенности

Это запись примерно двухлетней давности, сегодня имевшая продолжение.

Знакомая католическая монахиня посоветовала мне, как буду в Намюре, посетить такой-то монастырек восточного обряда – там, мол, у них иконостас дивной красоты. Посетила. От одного воспоминания до сих пор мутит. Стандартная западноевропейская постлеонидуспенская мазня, сопливая грязь, черные головешки ликов со страшными белыми зенками.
- Как вы могли мне нахваливать это безобразие?! – напустилась я на свою знакомую несколько дней спустя. – Где там дивная красота? Иконы одна страшней другой!
- Разве я говорила, что тамошние иконы хороши? – искренне удивилась она. – Я говорила – иконостас дивной красоты! Это африканское дерево ценной породы, стоит целое состояние!
Я напряглась, вспоминая «иконостас». Однорядный, собственно говоря, просто алтарная преграда. Вроде грубых ширм, спроектированных Баухаузом: тяжелые филенки, решетки из брусьев. Дерево – да, дерево ничего так... Что-то вроде нашего можжевельника...

А теперь продолжение.

Монастырь этот хирел, и, когда осталось всего две сестры, решено было их куда-то перевести, а жилой корпус и храм (собственно, сарай из шпал с псевдобарабаном псевдокупола и луковкой, а как же) – продать. Сначала хотели – только какой-либо общине РКЦ. Потом согласились на инославных, я же как раз и пыталась сосватать это поместье и МП РПЦ, и румынам, но просили дорого, никто не взял. И вот узнаю сегодня, что продали светской какой-то конторе. И надо освобождать храм. Продают, желательно оптом, этот самый иконостас и все иконы и утварь.
Вернее, пытаются продать. Жалко сестренок. Икон никто и даром не возьмет. Ни даже иконостаса – кому нужен этот типичный образчик бельгийского конструктивизма? Разве что, опять же, светская организация куда-нибудь приспособит, в качестве ширм, дерево-то ценное.
И это уже второй такой грустный случай, который я знаю в этой стране. Первый «закончился» временным помещением жуткого иконостаса в чей-то соседний гостеприимный гараж. С тех пор свалявший дурака гостеприимец уже много-много лет пытается уговорить какой-нибудь новооткрытый нищий приходец забрать это все себе, даром, готов даже сам вывезти. Безрезультатно. Приедут, отвернут угол пленки на первой доске, увидят этот акрилописный кошмар – и давай Бог ноги.