November 19th, 2010

загадочная

о "вещах" и о самом существенном

Читаю присланного из России Макса Фридлендера, с чьими общетеоретическими взглядами на искусство до сих пор не была знакома (хотя и подозревала именно то, что нашла).  Достойный современник Флоренского, хотя и совсем в другом роде.

Тоже, конечно, мается вопросом о соотношении академизма и неакадемических стилей, и пытается нащупать ценностную шкалу. Вот, например:

«О том, что такое примитивное искусство, можно составить себе представление, если побеседовать с детьми, понаблюдать за их играми или же начать ставить с ними какие-нибудь эксперименты... Ребенок видит, узнает и поглощает своей зрительной памятью только вещи. Под «вещью» в данном случае я понимаю некое изолированное целое, имеющее четкие характерные очертания. С этой точки зрения человек – прежде всего вещь...»

И, двумя абзацами ниже:

«Вещь» - конечна, пейзаж – бесконечен. Разумеется, художники кое-как умели соединять друг с другом деревья, дома, скалы, но до тех пор, пока мировоззрение в целом оставалось антропоцентрическим, никому из них так и не удалось передать органическую взаимосвязанность явлений, показать предмет в его отношении к земле на заднем плане и к источнику света – то есть самое существенное (выделено мною), - более того, такая задача просто не ставилась...»

Красиво излагает, еретик. В корень смотрит...
Вот интересно – он употребил словечко «антропоцентрическое» вместо «христианское» по наивности или нарочно?