September 13th, 2020

котизГуббио

о понимании поэтической речи

Завывание Муфтия в полночный час я услыхала с террасы, где мотала шерсть в обществе графини Стафф, и удивилась, обычно котинька не просится домой так рано,  да и вообще обычно он не очень-то просится, наоборот, это я выхожу его звать, а он снисходит до меня. С забора огромными прыжками снисходит.

Но тем более – если такой молчаливый котинька взывает ко мне звёздной сентябрьской ночью, надо бежать ему навстречу. Спустилась, распечатала дверь в сад, но пять кило растрёпанного мохера не ввинтились в помещение ни сразу, ни минутой спустя. Я высунулась. Котинька сидел спиной ко мне, вообще, понимаете? спиной. И завывал. На мгновение я подумала, что он сошел с ума и сам не знает, чего хочет.
Но нет, он не сошел с ума. Вдруг он прыгнул в небо и махнул лапой, и забился на плитах двора как мангуст на загривке у кобры. И опять сел на попу и завыл, собираясь в пружину, чтобы снова бешено заплясать и зариккитиккитавить.

У него там была мышь, охота на мышь была у него в этот вечер, а до меня и до моих нежных призывов к ужину ему не было никакого дела. Это я с террасы неправильно поняла его речь.



(портрет гироя - уже после того).