гертруда

вопрос из нравственного богословия

Так вышло, что я, прекрасно зная о западнохристианской богоявленской традиции печь и торжественно съедать такие особенные епифанские пироги, во франкофонной традиции "пирог Королей (волхвов)", галетт-де-руа, la galette des rois, с запеченным внутри так наз. сантоном, то есть "маааленьким святым", то есть прежде это была просто фасолина, а сейчас фарфоровые фигурки, и кому она достанется, тот напяливает приложенную к пирогу корону и называется королём ажно до конца застолья, и считается, что ему весь год будет везти в картах и в любви или чем там он ещё занимается -



- так вот, вышло так, что я, искони всё это зная, довольно поздно узнала,

Collapse )

Так вот,Collapse )
гертруда

а вот и нас, старокалендаристов, с Рождеством Христовым!

Всем друзьям веселых праздников, подарков от Воплотившегося и освежительных перемен ума.

Иконакартинаикона из городского музея в Труа.



Симпатичный провинциал Жан Тассель из Лангра, 1607-1667Collapse )
стейнленкошка

о двух культурных впечатлениях одного вечера,

, или синэстетического вамъ в ленту.

Наконец-то отдала себе отчет в том, что, когда я вижу такие картинки (а все остальные советские русския рождественския картинки и примкнувшия к ним советские русския рождественские тексты нового 1918 года можно увидеть ТУТ , острые ощущения гарантирую) -



- то внутри у меня начинают звучать характерные белогвардейские интонации, своеобразная эта феня, дворянское присюсюкивание.

Collapse )
молчу-молчу

бомбить. И давить гусеницей.

Прелестное по френд-наводке, ссылку лучше не буду давать –

Вот нам дивный образец того, как может сыграть перебой ритма. Это то, что я как препод наблюдаю постоянно у новоначальных, рисующих орнаменты – как простые, так и сложные. Тов. новоначальные бывают неспособны охватить взором общую картинку того, что они делают, и застревают глазами и сознанием на отдельных элементах, не видя их связей меж собою и взаимодействий с «пустым» пространством. В результате их орнаменты, даже самые простые, разваливаются на куски, да ещё и акценты могут сместиться самым непредвиденным манером. Акценты как образные, так и символические.



Дезигнер новогоднего патриаршего саккоса взял за основу обычный средневековый полиставрион с простым и строгим метрическим ритмом черных плашек и белых просветов одинаковой ширины, вот такой.Collapse )
стейнленкошка

мемуар-другой о ритуальной еде

Поскольку в ленте попалось к праздничку много ностальгического, включусь в хор. В моем детстве застольные ритуалы тщательно соблюдались, набор «советскоеполусладкое-оливье-шуба-студеньсхреномкраснымибелым-шпроты-грибымаринованные-тортнаполеон-мандаринки» считался абсолютно обязательным, да плюс домашние соленья (арбуз в сторублей непременно!), да плюс ещё и горячее, каклеты обычно, и ни один елемент не должен был выпасть, и всё приготовлялось самой хозяйкой, гости тогда не приносили ничего, ничего! ни экспромтом, ни по заранее утвержденной конвенции, сейчас даже вообразить жутко.

Collapse )
стейнленкошка

(no subject)

Удивляемся и верим,
Ворожим, благодарим,
Мы особенные звери,
Мы священные цари,

Нас невидимые силы
Посещают иногда,
Нам Господние светила
Озаряют календарь,

И велят в зените ночи,
Стол устроив и вино,
Замолчать сосредоточась,
Заглянуть в живые очи
Коловерти временной,

Зарубив условну мету
На скрипучем колесе,
Проводить Господне лето –
И принять Господне лето.

Чтоб не встала карусель.

Счастья всем вам, счастья всем.

котизГуббио

о тщете почти всего сущего

Через Блошку нами наглядно постигаются законы больших чисел бытия традиционных объектов материальной культуры и субкультуры, я имею в виду – ненужных в практическом смысле, чисто статусных объектов. У них бывают периоды стояния в зените, и в этот час всякий хочет от них вкусить и ими насладиться. В каждом доме они должны быть непременно, спрос рождает предложение, и рынок пухнет, и товар удешевляется и становится действительно общедоступным – и тут-то всё и лопается! Объект стремительно, обвально исчезает из обихода. И мало того, что на это общедоступное, на маянезик этот пластиковый уже никто не хочет смотреть – но и на высокий ни в чем не повинный исходник тоже падает смрадная тень обайстрюченных реплик его, и он становится ненужным в реальной жизни. И в этот час заката он в самом лучшем случае переходит в руки коллекционеров и музейщиков.


Вот, напр., кобальтовые расписные вазы, устанавливавшиеся на дубовых гардеробах и дрессуарах подобно рогам жертвенника. Проделавшие путь от драгоценных сосудов, чей черепок был звонок как слоновая кость и чей рисунок был уникальным, но точным исполнением канонической мелодии – до глазурованной гипсодряни со штампованными пукетами и криво состыкнутыми коймами. Гипсодрянь провалилась в помойку истории, но вместе с тем и драгоценные вручную расписанные сосуды перестали быть непременными стражами бельгийского традиционного домашнего уюта.


Вот, напр., кружевные первопричастные перчатки, которые девочки трепетно вязали себе своими руками к великому дню – в 60-е годы капроновый гипюр за рупь за двадцать внезапно освободил школьниц от этой барщины, и что же? В этот самый момент перчатки исчезают со сцены, перестают быть непременным атрибутом первопричастного облачения (тут, наверное, и то ещё сыграло, что обгрызанные черные ногти и цыпки от холодной воды отошли в прошлое).


Или вот ещё одна типичная бельгийская фишка – домашние, тксть, антепендиумы, текстильные дорожки на парадных комодах и дрессуарах, которые шились по особым канонам из бархата и броката с золотыми галунами, простегивались вручную на вате мельчайшим стежком – о, сколь ужасен был их декаданс! Сперва бархат заменился на плюш, и шелковый брокат на синтетический, и умнейший ампирный узор на непристойно разлапистые азиатские недошиповники, и плотный атлас подкладки на трикотажик, а потом и сама операция сшивания всей этой архитектуры из разных тканей отменилась, и населению были предложены готовые, цельным куском тухлого пластика, имитации рукотворных исходников. И что же? Сии последние остаются сейчас разве что в обиходе обитателей запущенных музульманских кварталов – но вместе с тем потеряли актуальность и те, додревние штучной работы. На Блошке их никто не вытаскивает себе в норку даже из бесплатных ворохов – ну разве что я иной раз спасу особо прекрасное рукоделие, но и то не затем, чтобы использовать по назначению, но чтобы на раз-два сшить из него такой гладкий внутри и винтажный снаружи кошель для хранения и транспортировки икон, вместо пузырчатой пленки.

И так далее.

Любая аутентичная творчвыдумка, стОит лишь ей канонизироваться и войти во всеобщий обиход, рискует удешевиться, сдешевиться и исчезнуть из обихода, причем ширпотреб утягивает за собою на помойку – или в лучшем случае в заповедник истории – и первоначальную высокую версию.

Описанный механизм, хочу я сказать, - универсален.

Приложим ко всему, ко всему. Земному.